Nazad

В Европе сохраняется практика этнического профилирования

Дневник прав человека
Страсбург 09/05/2019
  • Diminuer la taille du texte
  • Augmenter la taille du texte
  • Imprimer la page
  • Imprimer en PDF
В Европе сохраняется практика этнического профилирования

Расовое или этническое профилирование людей в области охраны общественного порядка определяется как «использование сотрудниками правоохранительных органов без объективных и разумных на то причин, в т.ч. расы, цвета кожи, языка, религии, национальной принадлежности либо национального или этнического происхождения, в качестве основания для контролирующей, надзорной или следственной деятельности»[1]. Являясь далеко не новым, этот метод остается шикоро распространенным в странах Совета Европы, несмотря на растущие судебную практику и осознание необходимости противодействия этническому прифилированию.

Профилирование проблемы

В некоторых случаях этническое профилирование проявляется достаточно заметно. Правительства предоставляют правоохранительным органам широкие полномочия, которые они используют в работе с целевыми группами лиц или отдельными категориями людей по своему усмотрению, ориентируясь на цвет их кожи или язык, на котором они говорят. Чаще всего этническое профилирование основывается на предрассудках. Одни из наиболее распространенных его форм – это задержания и досмотры меньшинств и иностранцев. С этим связаны и дополнительные проверки документов или собеседования с лицами или группами лиц в пунктах пересечения границы и на транспортных узлах: в аэропортах, на станциях метро, железнодорожных и автобусных вокзалах. Иногда лицам, принадлежащим к меньшинствам, запрещается выезжать из страны проживания[2]. Расовое и этническое профилирование имеет также место в судах, причем в отношении лиц – представителей различных меньшинств нередко выносятся более суровые приговоры[3]. Скрытая, неумышленная предвзятость все чаще присутствует в алгоритмах обучения автоматизированных систем.

По результатам проведенного в 2015-2016 годах иссследования, среди 25.000 респондентов из числа представителей различных этнических меньшинств и иммигрантов во всех странах ЕС[4] 14% задерживались полицией. Во Франции, согласно результатам опроса более 5.000 респондентов[5], молодых людей арабского и африканского происхождения, задерживают и обыскивают в двадцать раз чаще, чем мужчин из любых иных этнических групп. Что касается Соединенного Королевства, где закон обязывает полицию собирать и опубликовывать данные о практике полицейских задержаний и обысков с разбивкой по позициям, статистика Министерства внутренних дел за 2017-2018 гг. говорит о том, что в Англии и Уэльсе чернокожие люди задерживались в девять с половиной раз чаще, чем все остальные[6].

Этническое профилирование цыган до сих пор является повеместным в Европе. Согласно имеющимся данным, произвольные проверки документов у выходцев с Северного Кавказа широко распространены в Российской Федерации[7]. В Украине[8] и в Республике Молдова[9] отмечены неправомерные действия полиции и слежка за мигрантами и чернокожими людьми.

Изменение в судебной практике

Эти тревожные тенденции все чаще находят отражение в решениях национальных и международных судов. Постановление Европейского суда по правам человека (далее - Суд) по делу «Тимишев против России»[10] устанавливает, что никакое различие в обращении, основанное исключительно либо в решающей степени на этническом происхождении, не может быть оправдано в современном демократическом обществе, которое чтит принципы плюрализма и уважения различных культур. Что касается бремени доказывания, Суд постановил, что если истец показал наличие различия в обращении, правительству следует доказать, что это различие было оправданным. Совсем недавно, рассматривая дело «Лингурар против Румынии»[11], Суд установил нарушения статьи 14 (запрет дискриминации) Европейской конвенции о правах человека (Конвенция) в сочетании со статьей 3 (запрет бесчеловечного или унижающего достоинство обращения), в связи с рассово-мотивированным рейдом полиции в одном из цыганских поселений в Румынии в 2011 году. В постановлении по этому делу о так называемом «институционализированном расизме» в отношении цыган Суд впервые воспользовался термином «этническое профилирование», характеризуя действия полиции. Один из основных выводов этого постановления гласит, что власти «автоматически связывают этническую принадлежность с преступным поведением», что делает их действия в дискриминационными.

В деле семьи африканского происхождения – единственной, подвергшейся проверке документов среди пассажиров поезда в Германии − Высший административный суд земли Рейнланд-Пфальц вынес решение в ее пользу. Суд постановил, что проверка полицией документов из-за цвета кожи человека как критерий отбора людей для контроля, противоречит принципу равенства перед законом[12]. В Нидерландах Верховный суд поставил под сомнение дискриминационный характер национальной полицейской программы (известной как проект «Moelander»), позволяющей сотрудникам полиции при проверках на дорогах особо выделять автомобили с восточноевропейскими номерами.[13]

В Швеции апелляционный суд региона Свеа рассмотрел жалобу нескольких цыган касательно их внесения в шведский полицейский реестр исключительно на основе этнического происхождения. Суд запросил у властей доказательства того, существовала ли иная веская причина для внесения этих лиц в реестр. Поскольку власти не смогли представить запрошенные доказательства, суд сделал вывод, что единственным основанием для внесения в реестр была их этническая принадлежность, что является нарушением закона о полиции и статьи 14 (запрещение дискриминации) Конвенции в сочетании с ее статьей 8 (право на уважение частной и семейной жизни)[14]. Французский Кассационный суд, рассматривавший жалобу тринадцати лиц на то, что полиция проверяет их документы, исходя из их внешности, постановил, что в делах, где о наличии дискриминации свидетельствуют достоверные факты, бремя доказывания лежит на органах власти[15].

Профилирование по алгоритмам

Несмотря на то, что применение в системе уголовного правосудия алгоритмов автоматизированных систем пока еще находится на стадии эксперимента, оно получает все большее распространение. Германия, Нидерланды, Соединенное Королевство и Швейцария − лишь некоторые из европейских стран, где тестировалось использование алгоритмов обучения автоматизированных систем в целях “прогнозируемого” поддержания правопорядка.

Используемые полицией и уголовным правосудием алгоритмы обучения автоматизированных систем спровоцировали широкие дебаты по поводу их эффективности и потенциально дискриминационного характера их результатов. Наибольшую известность получили алгоритмы под названиями PredPol – инструмент прогнозирования вероятных мест совершения преступления и определения оптимального распределения полицейских ресурсов; HART (Harm Assessment Risk Tool – средство оценки риска ущерба) – инструмент определения риска рецидива для принятия решений о необходимости полицейского наблюдения и COMPAS (коррекционное профилирование правонарушителей для определения альтернативных наказаний), используемый при прогнозировании повторного совершения правонарушений для принятия решений о предварительном заключении, назначении наказания и условно-досрочном освобождении). Кроме вероятной дискриминации, основными проблемами при использовании алгоритмического профилирования являются нарушения прав на неприкосновенность частной жизни и защиту личных данных. В докладе Королевского объединенного института оборонных исследований от 2018 года Британский аналитической центр обороны и безопасности признал тот факт, что методы обучения автоматизированных систем, подобные HART, “неизбежно воспроизводят предвзятость информации, которая в них закладывается”, и потому дают завышенную оценку риска в среде целевых этнических и религиозных меньшинств[16]. Проведенное НПО ProPublica в 2016 году исследование ставит под сомнение объективность метода COMPAS, в соответствии с которым при совершении примерно одного и того же числа ошибок как в отношении людей со светлой кожей, так и чернокожих людей, вероятность ложных положительных срабатываний гораздо более высока (ошибочно высокий прогноз риска) для второй категории лиц, тогда как для первой категории лиц велики шансы получения ложных отрицательных результатов (ошибочно низкий прогноз риска).[17]

Преодоление дискриминационного профилирования: предупреждение и защита

Важным шагом в выявлении профилирования и для улучшения прозрачности деятельности и подотчетности правоохранительных органов, являются сбор и публикация статистических данных о деятельности полиции с разбивкой по признакам национальности, языка, религии и национального или этнического происхождения. Стратегические расследования силами адвокатов, неправительственных организаций и, когда это уместно, правозащитных структур также могли бы способствовать информированности об этой проблеме и поискам ее решения.

Государствам следует принять законодательство, четко определяющее и запрещающее дискриминационное профилирование и ограничивающее властные полномочия сотрудников правоохранительных органов. Эффективность методов работы полиции должна ставиться в зависимость от индивидуального поведения и конкретной информации. При задержании и обыске следует применять разумную подозрительность, а полицейские должны проходить постоянное обучение тому, как это делать в их повседневной работе. Кроме того, следует рекомендовать сотрудникам правоохранительных органов объяснять задержанным причины принимаемых к ним мер даже без вопросов с их стороны, так как это помогает развеивать подозрения о предвзятости профилирования и повышает доверие общества к полиции. Меры по противодействию дискриминационному профилированию должны проводиться с участием местных общин низового уровня. Правоохранительным органам необходимо взаимодействовать с ними и заручаться их доверием и уважением.

В то же время, при общении со средствами массовой информации полиции следует проявлять осторожность, чтобы не распространять и не поддерживать предрассудки, связывающие этническую принадлежность, национальное происхождение или статус мигрантов с преступностью. Со своей стороны, средства массовой информации должны избегать стереотипных представлений о лицах, принадлежащих к группам меньшинств, а также о мигрантах, беженцах и лицах в поисках убежища, поскольку это может способствовать расизму, разжиганию вражды и “нормализации” дискриминационной практики, включая этническое профилирование. Наоборот, им следует правильно отражать позитивный вклад меньшинств в жизнь общества, в котором они живут, сотрудничать со школами, национальными правозащитными учреждениями и гражданским обществом для содействия построению более инклюзивных и толерантных отношений между людьми, в том числе в рамках программ образования в области прав человека.

Пока еще использование полицией алгоритмов обучения автоматизированных систем находится на экспериментальной стадии, правительствам стран необходимо разработать четкий свод правил и положений, касающихся полицейских разбирательств и следующего за ними использования полицией алгоритмических инструментов. Этот свод правил и положений должен включать в себя такие моменты, как испытательный срок, оценку воздействия принимаемых мер на права человека, которую дает независимый орган, повышение прозрачности и выполнение обязательств о раскрытии информации в сочетании с эффективным законодательством о защите данных, учитывающим проблемы, вызываемые использованием искусственного интеллекта. Методы обучения автоматизированных систем должны подвергаться предварительной сертификации силами независимых компетентных организаций, способных выявить, принимаются ли меры по предотвращению нарушений прав человека на всех этапах жизненного цикла этих систем: от планирования и проектирования до проверки, утверждения, установки, эксплуатации и окончания срока их службы.

Решающее значение в разработке алгоритмов для правоохранительных органов имеет использование достоверной и проверенной информации. Внесение в алгоритм данных, воспроизводящих существующие предрассудки или почерпнутых из сомнительных источников, ведет к необъективным и ненадежным результатам. Что касается полицейских служб, профилактика преступлений должна не только основываться на статистических данных, выявленных по отношению к какому-либо лицу с помощью автоматизированной системы, но и подкрепляться иными подтверждениями значимых или совпадающих фактов. Законодательство должно предусматривать четкие гарантии обеспечения права человека на защиту информации, в частности, его личных данных, и того, каким образом ведется сбор, хранение и обработка информации.[18]

Большое значение также имеет доступ к юридическим и неюридическим средствам защиты при вероятном этническом профилировании, в том числе с использованием алгоритмов обучения автоматизированных систем. Все более активны при выявлении и смягчении рисков, связанных с использованием уголовной юстицией алгоритмов должны быть национальные правозащитные структуры, в том числе органы по продвижению равенства и независимые органы надзора за работой полиции. Им следует тесно сотрудничать с органами защиты информации, использовать их технологический опыт и знания в этой области. Суды и правозащитные структуры должны быть соответствующим образом оснащены и наделены полномочиями для рассмотрения таких дел с учетом быстроты развития современных технологий. Властям также следует инвестировать в информированность и просвещение общества, чтобы граждане могли приобретать необходимые навыки позитивного использования технологий обучения автоматизированных систем и лучше понимать то, как они воздействуют на их жизнь.

Дуня Миятович


[1] Европейская комиссия против расизма и нетерпимости (ЕКРН). Общеполитическая рекомендация № 11 «О борьбе против расизма и расовой дискриминации в работе полиции», CRI(2007)39, 29 июня 2007 г., стр. 4.

[2] ”Право выезжать из страны". Итоговый документ Бюро Комиссара Совета Европы по правам человека, 2013 г.

[3] Судя по «Докладу Ламми» (Lammy Report) от 2017 г., в Соединенном Королевстве члены этнических меньшинств с большей вероятностью приговариваются к тюремному заключению, нежели обвиняемые, принадлежащие к большинству населения.

[4] Второе обследование положения и дискриминации меньшинств в Европейском Союзе (EU-MIDIS II), проведенное Агентством Евросоюза по основным правам.

[5] Опрос о доступе к правам, том 1 − отношения между полицией и населением: проверка личности. «Правозащитник», Французская Республика.

[6] https://www.ethnicity-facts-figures.service.gov.uk/crime-justice-and-the-law/policing/stop-and-search/latest

[7] Консультативный комитет Рамочной конвенции о защите национальных меньшинств, Четвертое заключение по Российской Федерации, 20 февраля 2018 г., ACFC/OP/IV(2018)001.

[8] Консультативный комитет Рамочной конвенции о защите национальных меньшинств, четвертое заключение по Украине, 10 марта 2017 г.,ACFC/OP/IV(2017)002.

[9] Европейская комиссия против расизма и нетерпимости, доклад по Республике Молдова (пятый цикл мониторинга), 20 июня 2018 г., CRI(2018)34.

[10] Постановление от 13 декабря 2005 г., дела №№ 55762/00 и 55974/00.

[11] Лингурар против Румынии, постановление от 16 апреля 2019 г., дело № 48474/14.

[12] http://www.bug-ev.org/en/activities/lawsuits/public-actors/discriminatory-stop-and-search-cases/racial-profiling-on-the-regional-train-to-bonn.html

[13] https://www.fairtrials.org/news/plate-profiling-dutch-supreme-court-questions-discriminatory-police-road-checks

[14] https://crd.org/2018/03/25/historic-victory-in-the-court-of-appeal/

[15] https://www.courdecassation.fr/communiques_4309/contr_identite_discriminatoires_09.11.16_35479.html

[16] https://rusi.org/sites/default/files/20180329_rusi_newsbrief_vol.38_no.2_babuta_web.pdf

[17] https://www.propublica.org/article/machine-bias-risk-assessments-in-criminal-sentencing

[18] См. Конвенцию Совета Европы «О защите частных лиц при автоматизированной обработке данных личного характера».